Диета по-русски: женщины злоупотребляют мочегонными и антидепрессантами ради похудения - Woman.ForumDaily

Диета по-русски: женщины злоупотребляют мочегонными и антидепрессантами ради похудения

04.02.2018, 07:00 EST

Источник: Meduza

Специально для «Медузы» журналистка «Делового Петербурга» Марина Васильева рассказывает, как девушки с расстройствами пищевого поведения злоупотребляют лекарствами и подделывают рецепты — и к чему это приводит.

Один из важнейших аспектов проблемы — медицинский: чтобы похудеть, девушки (в основном РПП страдают именно они) используют мочегонные и антидепрессанты, исходно предназначенные совсем для других целей; это может приводить к серьезным проблемам со здоровьем.

Имена некоторых героинь материала изменены по их просьбе.

Фото: Depositphotos

Наталья с детства считала себя некрасивой — еще в начальной школе она обсуждала с подругами лишний вес. В старших классах решила похудеть — и несколько месяцев пыталась это делать без медицинских препаратов: отказываясь от сладкого или от ужина. «Потом я поняла, что, если вызвать рвоту, калории не останутся в организме, — вспоминает девушка. — После этого и начались таблетки — слабительные, антидепрессанты, средства для снижения аппетита».

Наталья худела с помощью таблеток в середине 2000-х и подбирала лекарства сама. Современным девушкам в этом смысле проще — во «ВКонтакте» существует масса групп, в которых администраторы и участники советуют друг другу разнообразные медикаменты, помогающие сбросить вес (например, «Типичная анорексичка», «Худоба», «0 калорий»). Москвичка Мария вступила в несколько из них после болезненного разрыва с молодым человеком.

«Он мне сказал, что я толстая, — вспоминает девушка. — Это наложилось на депрессию, я перестала есть, все больше смотрела глянцевые картинки в журналах. Подписалась на группы — и пошло-поехало».

Чтобы похудеть, она принимала фуросемид — сильное мочегонное средство с краткосрочным эффектом. Среди побочных эффектов фуросемида — аритмия, общая усталость, жар, боли в животе; передозировка лекарством может вызвать остановку сердца. Мария «сидела» на фуросемиде несколько месяцев; сейчас, через пять лет после того, как она перестала принимать лекарство, у нее сохраняются проблемы с почками.

Юлия из Харькова, которая влюбилась в баскетболиста и не хотела «выглядеть на его фоне пончиком», тоже пила мочегонные — на них она перешла с антидепрессантов.

«Бегаешь в туалет раз по восемь за ночь, [таблетки] ужасно сушат организм — лопаются капилляры вокруг глаз. На вторую ночь во время очередного рейда в туалет я потеряла сознание прямо посреди коридора в общежитии».

Пробовала она и другие средства для похудения: «ЭКА», смесь эфедрина с кофеином и аспирином («Выпиваешь один колпачок, и тебя фигарит как от наркотика — сердце бьется сильнее, начинается сильное потоотделение»), а также бисакодил — слабительное. После этих медицинских экспериментов девушка похудела на десять килограммов и замкнулась в себе; она панически боялась ездить в метро — казалось, что «все смотрят». Иногда она падала в обморок — то в душе, то в общественном транспорте.

Наталья описывает свои попытки похудеть с помощью медикаментов так: «Для меня это было такое самоубийство, только медленное. Как будто я делаю обычные дела — и в то же время лечу из окна».

Фото: Depositphotos

Мочегонное для утончения черт лица

До середины XX века расстройства пищевого поведения (самые известные из них — нервная анорексия и булимия) диагностировали редко; резкий рост статистики принято связывать с распространением глянцевой культуры и новых стандартов красоты: как указывает психиатр Ханс Хук, если в 1950-х в странах Северной Европы таких диагнозов было в среднем четыре на миллион человек, то в следующее десятилетие — уже 16 на миллион, в 4 раза больше.

В 2006 году исследователи Валерий Ромацкий и Игорь Семин писали, что распространенность самых популярных расстройств пищевого поведения — анорексии и булимии — может составлять 8 и 12 случаев на 100 тысяч человек соответственно (это усредненные данные на основе нескольких европейских стран и США).

Один из самых популярных способов похудения, который советуют друг другу участницы сообществ об анорексии, — медикаментозный: как правило, речь идет о приеме лекарств, которые разработаны вовсе не для того, чтобы помочь сбросить вес. Сотрудники петербургских НКО, которые работают с проблемами РПП, считают, что в России за последние 5-10 лет могло быть несколько сотен тысяч случаев, когда девушки и женщины с тем или иным нарушением пищевого поведения злоупотребляли медикаментами.

Один из них — фуросемид: сильное мочегонное средство с быстрым эффектом, одна упаковка которого в аптеке может стоить от 13 рублей. «При РПП его, к сожалению, широко применяют с целью быстрого „выведения жидкости“, „утончения черт лица“», — объясняет Юлия Сибагатуллина, врач-терапевт центра «Энсо-Терапия».

Вообще-то фуросемид обычно назначают пациентам с повышенным артериальным давлением — либо при тяжелых отеках (легких или мозга). Лекарство активно выводит калий и жидкость из организма, поэтому в больницах при приеме фуросемида постоянно контролируют данные анализов и гемодинамики (давление, пульс). Как объясняет врач, если принимать лекарство без контроля и врачебных показаний, это может привести к резкому снижению артериального давления и обморокам; более того, снижения уровня калия в крови чревато нарушениями сердцебиения.

К проблемам со здоровьем могут привести и слабительные препараты, которые употребляют в тех же целях, — например, бисакодил и экстракт сенны.

Как объясняет главврач израильской клиники LevIsrael Виктор Леви, принимая их, человек искусственно выводит из организма электролиты и жидкости, которые выводить не требуется, — что может приводить к нарушению ритмов сердца, судорогам и спутанности сознания.

Еще одно популярное лекарство — флуоксетин, который обычно выписывают пациентам с депрессией, — может приводить к повышенной тревожности и перевозбуждению; по словам Леви, человек в таком состоянии «способен совершать необдуманные действия, зачастую опасные для жизни его самого либо окружающих». Сибагатуллина добавляет, что у пациентов, которые принимают антидепрессанты, физические силы могут восстанавливаться раньше эмоциональных — что, в свою очередь, чревато попытками суицида, поэтому нужен контроль врача.

«Они думают: ну я-то буду пить осторожно, со мной ничего не случится». Наталья из Петербурга признает — в ее случае примерно так и было.

«Когда я рассказала психологу, что без рецепта доставала разные таблетки, она спросила, стала ли бы я делать так сейчас, — говорит она. — Я ответила, что сейчас посоветовалась бы с ней, а сама подумала: „Хрен там. Я бы сделала то же самое“».

Фото: Depositphotos

Невообразимые галлюцинации

«У каждого человека в жизни есть моменты, когда он перестает себя контролировать. Во время обострения булимии я нервничаю, мне тревожно, а потом в какой-то момент, еще ничего не сделав, я понимаю, что уже проиграла. И сегодня по дороге домой куплю две шоколадки, пару пачек печенья, съем все это, а потом засуну два пальца в рот, и меня вырвет. Или выпью пачку бисакодила».

Похожие истории рассказывают и другие собеседницы «Медузы». Ольгу из Электростали все детство дразнили «жирной» — и когда она прочитала книгу о моделях, поняла, что хочет попасть «в этот мир». Паблик об анорексии она нашла в подписках у сестры.

«Сначала я готовила себе зелье („ЭКА“) по указанным там рецептам из препаратов, доступных в аптеке и магазинах. Вскоре этого стало мало, я начала заказывать эфедрин. У меня развилась нехилая зависимость, я принимала очень много этого препарата, не ела неделями. В итоге оказалась в психушке. У меня реально были ломки, мне казалось, что косточки наизнанку выворачиваются. Я сидела, забившись в угол».

Анастасии из Уфы о препаратах рассказала одноклассница, которая узнала о них в одном из пабликов. К тому моменту девушка уже пыталась худеть сама — с помощью диет и искусственного вызова рвоты. Флуоксетин и Грандаксин (транквилизатор, используется для снижения тревожности) она решила попробовать, прочитав комментарии о том, что эти препараты помогают сбросить вес; покупала ей лекарства старшая сестра, которая не спрашивала, зачем они девушке.

«Из-за голода всех вокруг хотелось убивать, — вспоминает Анастасия. — Все злило, раздражало. С таблетками я стала спокойнее. Правда, стала больше спать — по 9–10 часов, — а усталость не проходила.

«С этими препаратами я отказалась от еды совсем, только пила, буквально одну воду, иногда чай с медом. Чтобы мама не заметила, что я не ем, — съедала то, что она готовила, а потом два пальца в рот».

Полина из Тюмени тоже сначала пыталась сидеть на диете — пабликами про анорексию она увлеклась, когда ей было 13 лет. Полина пила никотиновую кислоту (витамин, который влияет на обмен веществ), микрокристаллическую целлюлозу (средство для заполнения желудка и снижения чувства голода), потом перешла на транквилизаторы, слабительные и мочегонные.

От феназепама у нее появлялась энергия и пропадали эмоции: «У меня было своеобразное развлечение — принять сразу большую дозу и наблюдать невообразимые галлюцинации, а затем засыпать так быстро, что не успеваешь дойти до постели».

От флуоксетина начиналась апатия, от других препаратов — обезвоживание и тошнота, но, по словам Полины, после приема таблеток ей все равно становилось легче и спокойнее. Мотивационные посты и положительные свидетельства в пабликах подкрепляли уверенность в том, что все будет в порядке. Сейчас девушке 17, она проходит лечение у психотерапевта, и ей до сих пор тяжело нормально питаться. К антидепрессантам у нее появилась устойчивость. Врачи диагностировали у девушки хронический гастрит.

Жительница Петербурга Инга рассказывает, что перешла на таблетки, потому что у нее «очень слабый рефлекс». «Я не умею вызывать рвоту, — поясняет девушка. — Были перепробованы все способы — два пальца в рот, ложка, соленая вода, вода с марганцовкой, но ничего так и не помогло. Поэтому я выбрала слабительные». Кроме них она употребляла Бронхолитин (сироп от кашля с эфедрином) и некоторые виды антидепрессантов.

«Когда началась булимия, я стеснялась рассказывать, что все время срываюсь, — вспоминает Инга. — Я сметала все продукты в холодильнике подчистую, могла зараз съесть килограмм зефира или печенья, запить это литром молока, а потом принять таблетки и всю ночь стонать от боли в желудке.

«Желудок ужасно болел, был переполнен, мешал дышать, а от таблеток становилось еще хуже — действие слабительных очень болезненное, кишки словно завязываются в узлы».

От бессонницы девушка страдает до сих пор — уже поборов булимию.

По словам еще одной петербурженки Полины Башуровой, при всем многообразии таблеток Флуоксетин и Бисакодил — это стандартный набор для девушек, страдающих расстройствами пищевого поведения. «От Флуоксетина галлюцинации иногда бывают и общее изменение сознания, но на Бисакодил подсаживаешься намного плотнее, — поясняет она. — Я знаю девушек, которые подсели на „бисак“ настолько, что не могли без него справить нужду».

Надежда из Петербурга перепробовала примерно все лекарства. «Я всю жизнь вела с телом борьбу, пытаясь вписаться в стандарт красоты, который усвоила не только из журналов, но и из любимой литературы. Во время пробежки, сна, даже когда мне писали письма о любви, я казалась себе безобразной, „непородистой“, будто я лошадь, не имеющей права жить нормальной жизнью», — говорит она.

Девушка вспоминает, что во время приема Флуоксетина могла 6 дней съедать по яблоку в день — но на седьмой «находила себя на кухне и съедала что угодно: засохший хлеб, холодную крупу».

«Фуросемид привязывал к уборной, от него сводило икры, — продолжает девушка. — А хуже всего мне было, когда я попробовала Метформин, препарат, от которого обычно худеют диабетики. Он может резко снизить глюкозу в крови, я знала это, но не побоялась. В итоге обнаружила себя над унитазом со сведенным животом и непреодолимым страхом смерти. Чувствовала себя так, словно сейчас умру, и найдут меня, лишь выломав щеколду».

Фото: Depositphotos

 

Помощь найти трудно

Проблемы со злоупотреблением препаратами есть не только в России — и каждая страна решает их по-разному. Александра Купавская, психолог высшей категории Британского психологического общества, рассказывает, что в Англии таблеток от похудения в массовом пользовании нет.

«Антидепрессанты здесь под строгим рецептурным контролем, сам себе не пропишешь. А у всех врачей строгие лицензии, которых легко лишиться, сильнодействующие лекарства прописывают осторожно, — поясняет она. — Многим живущим здесь знакома ситуация, когда тебе ну очень плохо, а антибиотик, к которому привык в России, не прописывают».

По ее словам, в США эта проблема более заметна из-за мощного рынка фармацевтических компаний, которые «активно стимулируют врачей прописывать как можно больше и чаще».

«В Америке по телевизору много рекламы рецептурных препаратов с яркими обещаниями (типа „выпил — и жизнь наладилась“, „выпил — и полон сил“), которые заканчиваются фразой: „Спроси у своего врача, может, тебе тоже надо?“, — утверждает Купавская. — Не могу сказать, рекламируют ли таким образом препараты для похудения, но реклама антидепрессантов, обезболивающих и сердечно-сосудистых бесперебойная». В американских научных публикациях пишут, что злоупотребление слабительными — одна из основных составляющих булимии. Существуют в англоязычных соцсетях и сообщества, посвященные РПП.

По словам психоаналитика Юлии Овчинниковой, работающей в Лондоне, достать необходимые препараты можно и в Европе, — например, для этого люди просят знакомых привезти лекарства из тех стран, где легче купить таблетки без рецепта. Кроме того, без рецепта доступны БАДы, чаи для похудения, слабительные и мочегонные. Клинический психолог Петр Скрипченко, который учился и работал во Франции в течение 12 лет, также указывает, что подпольный, черный рынок лекарств существует везде.

«В моей практике такие случаи встречаются постоянно, — говорит он. — Девушки идут на любые риски, чтобы снизить вес или удержать его ниже нормы.

«РПП — это реальное психическое расстройство, при котором человек не осознает риска, на который идет, злоупотребляя препаратами. Как в Европе, так и у нас можно многое купить без рецепта, ввести в заблуждение врачей (особенно не имеющих опыта лечения таких пациентов), использовать лекарства в более высоких дозировках, чем прописано».

«„Эффект заражения“ тут, конечно, есть, сильнее воздействует на людей, у которых более низкая самооценка, или они пережили какие-то травмы, или это может сработать на фоне насилия, подавления личности. Кстати, пищевая форма воздействия часто используется в сектах», — рассказывает Александр Исаев, психолог некоммерческой организации «Школа питания».

«Нарушение пищевого поведения — это болезнь, которая повреждает личность. И без помощи специалиста ее не восстановить. — Нельзя просто решить: „с завтрашнего дня ем правильно“ — и выздороветь».

По его словам, на начальном этапе проблему может предупредить психолог, но когда болезнь развилась — только психиатр. После курса лечения за больным требуется наблюдение. С момента, когда Наталья из Петербурга решила обратиться за помощью к психиатрам, прошло около пяти лет. По ее словам, пережить кризис ей помогла работа, которая оставляла мало времени на саморазрушение, — а также то, что вместо групп об анорексии она теперь читала бодипозитивные паблики и книги вроде «Мифа о красоте» Наоми Вульф. К моменту начала лечения, вспоминает Наталья, у нее на костяшках пальцев появились незаживающие следы от зубов; ей диагностировали рефлюкс, грыжу пищевода и гастрит. «Сейчас я лечусь — и у психиатра, и у гастроэнтеролога, — рассказывает девушка. — Уже несколько лет ничего не принимаю, но часто ем больше, чем следует, и почти непрерывно ощущаю голод».

Наталья говорит, что приступы отвращения к собственному телу у нее никуда не исчезли.

Следите за историями успеха, полезными советами и многим другим, подписавшись на Woman.ForumDaily в Facebook и Instagram, и не пропустите главного в нашей рассылке.